До выхода на пенсию Брюс Омстед был летчиком ВВС США. Но в интерьере его дома в Аннаполисе преобладают не самолеты, а корабли – он увлекается строительством моделей парусников. Его всегда притягивало море. Недаром он поселился на берегу залива, выходящего в Атлантику.

В годы «холодной войны» Брюсу не раз доводилось летать над океаном вдоль территориальных вод СССР у Кольского полуострова. Один из полетов его самолета-разведчика RB вошел в летопись советских ПВО и едва не стоил американскому пилоту жизни.

«Мы летели севернее Мурманска на высоте десять тысяч метров, когда из облаков вынырнул советский истребитель и в упор расстрелял  наш самолет, - рассказывает Брюс.  - Четверо моих товарищей погибли,  из экипажа выжили только я и штурман. Шесть часов мы пробыли в Баренцевом море.  Нас обнаружили советские рыбаки. Они нас сдали военным, а те переправили нас в Москву, на Лубянку».

12 июля 1960 года  ТАСС опубликовало официальное сообщение, в котором говорилось, что американский шпионский самолет нарушил государственную границу СССР (что не соответствовало действительности), и правительство приняло решение о его уничтожении. Как писали советские газеты, «посланец Пентагона получил по заслугам».

«Меня держали  в одиночной камере, у меня была повреждена спина, я был в гипсе. Допрашивавшие меня офицеры КГБ угрожали пожизненным заключением или расстрелом. В крохотной камере, где я находился, круглосуточно горела электрическая лампочка. Был жуткий холод,  мне дали одно одеяло, но когда я начал  натягивать его голову, чтобы укрыться от резавшего глаза света, одеяло у меня забрали». 

Американский самолет уничтожил капитан Василий Поляков. Омстед рассказал, что видел сбившего их пилота на Лубянке. В документах КГБ  было записано, что Поляков руководствовался «личной ненавистью к американским агрессорам» и был награжден орденом Красной Звезды.

«Я провел в заключении семь месяцев, - продолжает Брюс. - Когда меня привезли на Лубянку, я весил 100 килограммов. Когда меня выпустили, во мне было всего 55 кило… Меня ждали жена и дочка, супруга была беременна. Нашу судьбу решил президент Кеннеди: он позвонил Хрущеву и категорически настоял на том, чтобы нас выпустили. Нас освободили  через 2 дня после его инаугурации». 

Брюс говорит, что не держит зла на Россию и русский народ. «Когда пала Берлинская стена, мы поняли - это начало новой эры, эры мирных отношений, и конца «холодной войны».  Это означало, что необходимость использования ядерного оружия отпала раз и навсегда. Это было  огромным облегчением».

35 лет спустя после драматического эпизода Омстед побывал в Санкт-Петербурге по приглашению местного Клуба подводного флота. Он даже удостоился российской медали за «вклад в развитие американо-российских отношений в годы холодной войны»!

«Россию не узнать, - улыбается американский летчик. - Это как день и ночь! Люди выглядят по-другому. В Санкт- Петербурге, в Летнем дворце я видел много счастливых, радостных лиц. Меня  восхитило культурное наследие России, с которым в тот раз мне не довелось познакомиться. Удивительно, как все это удалось сохранить… Я провел в России незабываемое время и увез с собой самые счастливые воспоминания».

«Голоc Амepики»